Индивидуальное и социальное в интегральной концепции Кена Уилбера. (Анализ 7-й главы книги "Интегральная духовность"). Уилбер начинает седьмую главу "Интегральной духовности" с утверждения, что многим людям трудно понять соотношение между индивидуумом и группой и что это одна из проблем, над которыми мыслители бьются уже тысячелетиями. Далее Уилбер приводит несколько вариантов формулировки этой проблемы. (1) Если индивидуум - это организм, то является ли организмом также и общество? (2) Состоит ли общество из индивидуальных организмов так же, как индивидуальные организмы состоят из клеток и молекул? (3) Является ли Гея (в данном случае, видимо, имеется в виду планета в целом) одним гигантским организмом, составленным из всех живых существ? Давайте прежде всего проанализируем саму постановку вопроса. Из первого вопроса кажется, что вопрос чисто терминологический. Его решение будет зависеть от того, как мы определим понятие "организм" и какие существенные признаки свяжем с этим понятием. Если у общества будут в наличии эти признаки, то будем называть его организмом, если нет, то не будем. Второй вопрос сформулирован довольно загадочно. Мне кажется, любой здравомыслящий человек согласится, что отдельные люди являются составной частью общества и его членами, и в этом смысле правомочно говорить о том, что общество состоит из индивидуальных организмов. Но можно ли говорить, что оно состоит из них так же, как организмы состоят из клеток и молекул? Сама постановка вопроса довольно туманна. В третьем вопросе упоминается Гея, под которой в современных рассуждениях обычно понимают планетарную систему Земли. Этот термин связан с так называемой гипотезой Геи Джеймса Лавлока, которую он выдвинул в конце 1960-х годов. Суть этой гипотезы заключалась в том, чтобы рассматривать планету как живую самоорганизующуюся систему, то есть некий суперорганизм. Формулировка Уилбера не совсем точна, так как Гея, по определению Лавлока, включает в себя не только живые существа, но и все неживые компоненты планеты. Уилбер же под Геей понимает сеть прокариотических клеток и настаивает на том, что Лавлок именно так первоначально определял этот термин. В конце концов Уилбер приводит еще один вариант формулировки, который может быть представлен следующим образом: (4) Каково в точности соотношение между индивидуальным организмом и обществом? Уилбер не уточняет, о каком соотношении идет речь, но, видимо, это можно понимать как вопрос о том, какие черты и свойства общества роднят его с организмом, а какие отличают. Давайте проследим за рассуждениями Уилбера и посмотрим, что он предлагает в качестве ответа на этот вопрос. Прежде всего он обращает внимание на то, что достаточно распространенным является представление, что мир устроен иерархическим образом, что существует "последовательность вложенных сфер соотносительного бытия, где каждая более высокая сфера охватывает более низкую до тех пор, пока не получается целая вселенная". Уилбер называет это популярным ответом на поставленные вопросы, хотя само по себе признание подобной иерархической структуры еще не отвечает на вопрос о соотношении индивидуума и общества. Уилбер приводит следующий вариант такой структуры из популярной книги по эко-холизму, к сожалению, не приводя ссылки на книгу. (Схема 1) Субквантовый вакуум Квантовые события Атомы Молекулы Клетки Организмы Семьи Сообщества Нации Виды Экосистемы Биосфера Вселенная Второй вариант взят из книги Элвина Скотта "Лестница к разуму" (Схема 2) Квантовые события Атомы Молекулы Биохимические структуры Нервные импульсы Нейроны Констелляции нейронов Мозг Сознание Культура Далее Уилбер, анализируя эти схемы, приходит к выводу, что все они содержат одно и то же базовое заблуждение. Чтобы продемонстрировать это, он указывает, что в приведенных схемах не выдерживается принцип, по которому строятся эти последовательности, а именно, что каждый последующий уровень включает в себя предыдущий в качестве компонентов. Уилбер обращает внимание, что в первой схеме, например, экосистемы идут после наций, и получается, что экосистемы не могут возникнуть в процессе эволюции до того, как возникнут нации, что, очевидно, не так. Во второй схеме сознание и культура появляются, как если бы это были материальные структуры, более высокие по уровню, чем мозг. Трудно сказать, насколько эти две схемы действительно типичны и распространены. Во всяком случае, в англоязычной Википедии представлена сходная схема уровней, которая называется уровнями биологической организации. (Схема 3) Атом Молекула Органелла Клетка Ткань Орган Система органов Организм Популяция Биоценоз Экосистема Биосфера Возможно Уилбер выбрал не самые удачные схемы для критики и тем самым облегчил себе задачу, но третья схема, по-видимому, лишена тех недостатков, которые присутствуют в первой и второй схемах. Что же предлагает Уилбер в качестве альтернативы? Он предлагает по его собственному образному выражению не складывать вместе апельсины и яблоки. Иными словами, он предлагает две коррелирующие между собой последовательности индивидуальных уровней и социальных уровней. Все, что в этих схемах находится на уровнях после организма, он предлагает рассматривать как отдельную последовательность уровней. Ниже приводится схема Уилбера, представляющая собой последовательности из верхне-правого и нижне-правого секторов AQAL. (Индивидуальные)///(Социальные) Атомы/// Галактики Молекулы/// Планеты Прокариоты/// Система Геи Эукариоты/// Гетеротрофические экосистемы Организмы с нервной системой/// Общества с разделением труда Спинной мозг/// " Рептильный ствол мозга/// Группы/семьи Лимбическая система/// " Новая кора (триединый мозг)/// Фуражный (племена) Комплексная новая кора/// Садоводческий (племена/общины) СФ1/// Аграрный (ранние гос./империи) СФ2/// Индустриальный (нации) СФ3/// Информационный (планетарный) Хотя Уилбер пишет, что многие теоретики пришли к пониманию того, что нельзя складывать социальное поверх индивидуального, приведенные им схемы выглядят гораздо более странно, чем те схемы, которые он критикует. Для схем, которые приводит Уилбер, не выполняется правило о том, что более низкий уровень должен быть компонентом более высокого уровня. Так, например, организм с нервной системой не является компонентом спинного мозга, а общество с разделением труда не является компонентом групп или семей. Действительно ли две схемы коррелирующих индивидуальных и социальных уровней организации в версии Уилбера лучше описывают наш мир? Например, Уилбер пишет: "Атомы формируют галактики, молекулы формируют планеты, клетки формируют экосистемы, организмы формируют семьи и так далее". Подобные формулировки лично мне режут ухо своей искусственностью. Более естественным было бы сказать "атомы формируют молекулы, молекулы формируют клетки и так далее". Но то, что получается далее, когда мы продолжаем ряд, начатый Уилбером, звучит совсем неудобоваримо. Согласно приведенным Уилбером схемам мы вынуждены утверждать, что организмы с нервной системой формируют общества с разделением труда, спинные мозги (простите мне мой французский) ничего нового не формируют, а рептильные стволы мозга формируют группы и семьи. В чем же причина подобной несуразицы? На мой взгляд, она во многом заключается в следующем. Уилбер в своих рассуждениях смешивает уровни биологической организации и эволюционные этапы развития жизни на Земле. Уровни биологической организации - это логические уровни сложности биологических структур. Сама процедура их выделения заключается в том, что мы смотрим на нашу планету как на единую систему в целом (Гею) и выделяем в этой системе взаимодействующие элементы (или составные компоненты) меньшего уровня сложности. Таким образом, мы получаем экосистемы, в которых мы выделяем еще более простой уровень - биоценозы, из них мы выделяем популяции видов и так далее. В этой схеме нет времени, нет развития, нет эволюции. Это чисто логические уровни сложности биологической организации на нашей планете на данный момент времени, которые выделяются, так сказать, сверху вниз. Уилбер пытается рассматривать эти последовательности снизу вверх и придает им характер реальных эволюционных этапов развития. Он пишет: "Каждый более высокий уровень может появиться только лишь после того, как возникли все более низкие предшественники (точно так же невозможно получить клетки до молекул)". И здесь он смешивает физическую реальность с логическими категориями, потому что как только на Земле появились первые одноклеточные организмы, вместе с ними возникли и биосфера, и экосистемы, и биоценозы, только в очень простом и зачаточном виде. И все это эволюционировало параллельно, видоизменяясь и усложняясь. Если теперь вернуться к основному вопросу о соотношении организмов и общества, то Уилбер дает ясный и недвусмысленный ответ: общества не состоят из организмов тем же образом, каким организмы состоят из клеток. Почему? Потому что это воззрение "попросту не работает", "тотальным образом не работает". Трудно сказать, в каком смысле это не работает, и в каком смысле работают те схемы, которые предлагает Уилбер. Но, похоже, Уилбер считает, что он разрешил ту проблему, над которой тысячелетиями бились мыслители. Однако даже простой анализ предложенных Уилбером схем рождает больше вопросов, чем ответов. (1) Что в действительности представляют собой уровни на двух схемах? Это уровни чего? (2) По каким признакам эти уровни выделялись? Почему, например, прокариоты и эукариоты попадают в два разных уровня, хотя среди эукариотов есть такие же просто устроенные одноклеточные организмы, как и среди прокариотов? Куда делись многоклеточные организмы без нервной системы, например, растения? (3) Что это за странные уровни СФ1, СФ2 и СФ3, которые кочуют из книги в книгу, так и не получив нигде своего объяснения? (4) Почему на схеме социальных уровней упоминаются гетеротрофные экосистемы и не упоминаются аутотрофные? Куда подевались биоценозы и популяции? (5) Почему планета, как уровень, расположена на оси социальных уровней, хотя на первый взгляд - это типичный индивидуальный объект? Почему кристаллы, которые было бы логично рассматривать как социальную форму молекул и атомов, отсутствуют на социальной оси, а вместо них молекулам соответствует планета? (6) Почему спинной мозг и лимбическая система не "формируют" соответствующих специфических уровней на социальной оси? И так далее. Уилбер предлагает рассматривать индивидуальные объекты и социальные, или коллективные объекты как принципиально отличные друг от друга классы объектов. Он иронически подшучивает над системным теоретиком Эрвином Ласло, который считает, что отличие между таким организмом, как собака и такой социальной группой, как пчелиная семья есть лишь вопрос степени, а не класса. Согласно Ласло, с системной точки зрения эти две системы можно рассматривать как принадлежащие к одному и тому же классу, но имеющие разную степень выраженности разных признаков. Какой же критерий, или ключевой признак предлагает Уилбер для того, чтобы отличать индивидуальные объекты от коллективных объектов? Уилбер использует термин "доминантная монада", заимствованный у Уайтхеда, и показывает на примере своей собаки, что, когда собака перемещается в пространстве, то все 100% ее клеток перемещаются согласованно и вместе. При этом Уилбер подчеркивает, что неважно, что именно мы понимаем под доминантной монадой. Главное, что 100% клеток, молекул и атомов собаки встают и движутся как единое целое. Итак, получается, что согласованное движение в пространстве, является единственным признаком отличия индивидуального объекта от социального, или коллективного. Уилбер подчеркивает, что нет ни единого общества, или группы, или коллектива, которые бы вели себя подобным образом. Однако, этот критерий слишком ограничен. Он не будет работать в отношении тех объектов, для которых вообще не характерно передвижение в пространстве, например растений. Дерево не может передвинуться в пространстве со всеми своими клетками, но обычно рассматривается как индивидуальный объект. С другой стороны, мы можем найти примеры социальных групп, которые имеют достаточно высокую согласованность перемещения в пространстве: стая перелетных птиц, экипаж корабля или рота солдат под начальством командира. Конечно, во всех этих случаях сохраняется определенный уровень автономии тех компонентов, из которых состоит система. Но и в случае с собакой, ее клетки также обладают определенной степенью автономии и даже определенной коммуникацией на своем клеточном уровне. Если бы такой автономии не было, мы бы никогда не сталкивались с таким явлением, как раковая опухоль. Не получается ли в итоге, что различие между индивидуальным и коллективным относительно? Ведь любая система представляет собой набор согласованных компонентов, которые можно рассматривать как своего рода коллектив. Получается, что различия сводятся к различию в той степени согласованности, с которой взаимодействуют компоненты системы или, иными словами, в степени автономии. Итак, проведя принципиальное различие между индивидуальным и социальным, Уилбер предлагает четырехсекторную модель AQAL в качестве решения вопроса. "Секторы открывают нам путь к интеграции индивидуального и социального без того, чтобы пытаться сначала свести социальное до индивидуального, равно как без того, чтобы свести индивидуумов до разряда просто лишь нитей паутины или спиц в колесе: индивидуумы - это члены социальной системы, которая представляет собой измерение их собственного бытия в этом мире. Индивидуальное и социальное существуют на своих правах, в качестве самих себя, и при этом они неразрывно связаны: они тетравозникают и тетрапронизывают друг друга, будучи взаимосвязанными измерениями любого события - от самого низа до самого верха". То, что индивидуумы являются членами социальной системы, в общем-то, было ясно с самого начала. Это общепринятый взгляд на вещи. А вот что означают тетравозникновение и тетрапроникновение индивидуального и социального, так и осталось для меня загадкой, тем более, что этот принцип не выполняется в тех самых схемах, которые предлагает Уилбер.

 В отличие от Марка Гафни, я искренне желаю этому человеку успехов на том пути, который он выбрал. И пусть его намерения воплотяться в жизнь! Стать ЧЕЛОВЕКОМ оказывается гораздо сложнее, чем Буддистским Учителем или участником Интегрального Института.Owning My ResponsibilityA Personal Statement from Genpo MerzelI have chosen to disrobe as a Buddhist Priest, and will stop giving Buddhist Precepts or Ordinations, but I will continue teaching Big Mind. I will spend the rest of my life truly integrating the Soto Zen Buddhist Ethics into my life and practice so I can once again regain dignity and respect. My actions have caused a tremendous amount of pain, confusion, and controversy for my wife, family, and Sangha, and for this I am truly sorry and greatly regret. My behavior was not in alignment with the Buddhist Precepts. I feel disrobing is just a small part of an appropriate response.I am also resigning as an elder of the White Plum Asanga. My actions should not be viewed as a reflection on the moral fabric of any of the White Plum members.As Genpo Merzel, I will continue to bring Big Mind into the world and to train and facilitate people who wish to study with me. I will not give up on, and will still be available for people who wish to continue studying with me as just an ordinary human being who is working on his own shadows and deeply rooted patterns.With great humility I will continue to work on my own shadows and deeply rooted patterns that have led me to miss the mark of being a moral and ethical person and a decent human being. I appreciate all the love and support as well as the criticism that has been shared with me. Experiencing all the pain and suffering that I have caused has truly touched my heart and been the greatest teacher. It has helped open my eyes and given me greater clarity around my own dishonest, hurtful behavior as well as my ... misconduct. I recently entered therapy and plan to continue indefinitely with it. I am in deep pain over the suffering I have caused my wife, children, students, successors and Sangha.With Sadness and Love,D. Genpo Merzel

В своей книге "Интегральная духовность" Кен Уилбер берется решить очень сложный вопрос: реален ли Бог? Правда, он сразу оговаривается, что он не будет ... в этот вопрос, а лишь "немного по нему пройдется". Рассуждения Уибера сводятся к следующему. (1) Определенная активность мозговых структур еще ничего не говорит об онтологическом статусе того, что является источником (причиной) этой активности. Если человек видит яблоко, и у него при этом активизируются определенные области мозга, это не означает, что яблоко находится у него в мозгу. "Так почему же мы должны предполагать, что Бог существует только лишь в мозге, когда имеет место то же самое?" - спрашивает Уилбер. Иными словами, не означают ли определенные паттерны мозговой активности, которые описываются некоторыми людьми как переживание Бога, что существует некая реальность за пределами человека, которую можно обозначить как "Бог"? (2) Сознание человека проходит через определенные стадии развития, которые существенно меняют картину мира. Некоторые вещи, свойства и характеристики мира оказываются доступны для восприятия и осознания лишь на определенных уровнях развития. Для тех, кто достигает высших стадий и входит в высшие состояния, "Бог", "Пустота", "природа Будды" и т.д. реальны. (3) Для другого человека единственный способ убедиться в их реальности - это войти в эти состояния, достичь этих стадий и пережить этот опыт. Как говорит Уилбер: "Если я хочу узнать, реально ли нечто, я должен войти в то же самое состояние или оперировать на той же стадии, исходя из которой делается это утверждение, чтобы проверить самому. Если я этого не делаю, тогда, пожалуй, мне стоит помолчать о тех вещах, которые выше моей головы..." Я постараюсь показать, что эти рассуждения как минимум не полны, а в некоторых моментах просто ошибочны. В первой части рассуждений Уилбер, на мой взгляд неудачно, сравнивает опыт, описываемый как переживание Бога, с опытом восприятия яблока. Очевидно, что мы не можем посмотреть на Бога так, как мы смотрим на яблоко. В некоторых религиозных традициях существуют даже определенные запреты на придание Богу каких-либо зримых образов, причем не только антропоморфных, но и символических. Но даже если мы присмотримся повнимательнее к примеру с яблоком, легко увидеть, что образ яблока может возникать в сознании не только при восприятии яблока через органы чувств, но и во время сна, воспоминания или мысленного представления с помощью воображения. Во всех этих случаях у нас не будет в физической реальности того объекта, который мы называем яблоком, но образ яблока в сознании будет присутствовать. Здесь лежит ключевая проблема в рассуждениях Уилбера, так как он не учитывает два совершенно различных смысла слова "реальный". С одной стороны, реальным можно называть то, что является действительным внутренним опытом, или, если использовать выражение Рассела, первичными опытными данными. Например, если я испытываю боль, то эта боль реальна. Если я ощущаю голод, то этот голод реален. Любые фантазии будут реальны, если они действительно наличествуют в нашем внутреннем опыте. С другой стороны, реальным можно называть верную интерпретацию нашего чувственного опыта, которому соответствует определенный фрагмент физической реальности. Например, яблоко, которое лежит на столе реально, потому что я могу подойти, взять его в руку и съесть. А вот яблоко, которое я вижу на экране компьютера, нереальное. Я не могу подойти, взять и съесть его. В реальности это только разноцветные светящиеся точки на экране, которые создают для моего глаза образ яблока. Если рассмотреть эту ситуацию более подробно, можно представить себе, что есть внешний мир, лежащий за пределами наших органов чувств. Из этого мира поступают сигналы, которые через органы чувств попадают в мозг, обрабатываются, фильтруются и используются для создания внутренних образов и восприятий. Итак, условно говоря, между нашим внутренним опытом и внешним миром лежат две промежуточных инстанции: органы чувств и мозг. Эти две инстанции возникли у нашего организма эволюционно для того, чтобы обеспечивать нашу адаптацию к окружающей среде. Поэтому для любого организма, подобного нашему, будет остро стоять задача - как отличать в своем внутреннем опыте те образы и восприятия, которые явились результатом причин лежащих во внешнем мире, от тех образов и восприятий, которые имеют своим источником особенности функционирования органов чувств и мозга. Более или менее, нашему организму удается с этой задачей справляться, иначе нас просто не было бы в живых. Самый простой пример - это как маленькие дети научаются отличать сон от яви. Хорошо известно, что для маленьких детей это сделать не так просто, и иногда они смешивают эти два типа реальности. Уилбер для объяснения вопроса привлекает терминологию, взятую из лингвистики. В лингвистике для анализа высказывания используются понятия знака и референта. Знаком может быть слово, а референтом - то, на что указывает это слово. Использование этих лингвистических терминов в данных рассуждениях лишь затемняет, на мой взгляд, существо вопроса. Во-первых, ситуация может не включать в себя какого-либо высказывания, например, когда мы просто видим яблоко и решаем вопрос о его реальности. Во-вторых, в лингвистике принято под референтами рассматривать не только объекты физической реальности, типа собаки, дерева и луны, но и воображаемые объекты, типа персонажей литературных произведений. В дальнейшем, обсуждая такие лингвистические конструкции, как "Божество", "нирвикальпа", "природа Будды", "сознание Христа" и т. д., Уилбер не столько решает проблему онтологического статуса референта, сколько проблему коммуникации или понимания того, что является референтом для того человека, который использует эти лингвистические конструкции. С этой точки зрения Уилбер прав, когда говорит, что для решения этого вопроса необходимо получить соответствующий внутренний опыт в качестве референта для того, чтобы возникло понимание. Понятно, что для того, чтобы понимать высказывания о боли, необходимо иметь внутренний опыт боли. Это справедливо для всех наших ощущениях и чувствах, которыми мы делимся друг с другом. Но это никоим образом не решает вопроса об онтологическом статусе референта. Когда Уилбер говорит о таких лингвистических конструкциях как "Бог", "Пустота" и "нирвикальпа самадхи", он задает вопрос: реальны ли их референты? Как мы видим, это можно понимать в двух смыслах: (1) есть ли в вашем внутреннем опыте соответствующие переживания или (2) есть ли какая-то физическая реальность, которая вызывает подобные переживания. Коллективное подтверждение, которое предлагает Уилбер в качестве критерия реальности референта, не работает ни для первого понимания реальности, ни для второго. Действительно, в первом смысле мой внутренний опыт реален независимо от того, насколько он подтверждается опытом других людей. Если я пробую какой-то пищевой продукт и испытываю горечь, то эта горечь для меня по-настоящему реальна, даже если всем другим людям этот продукт кажется сладким. С другой стороны, даже если несколько людей примут большую дозу алкоголя и увидят зеленых чертиков, это не будет надежным критерием того, что эти чертики существуют как компонент физической реальности. То же самое можно сказать и в отношении фундаментального правила, которое приводит Уилбер, для проверки реальности чего бы то ни было: "Если я хочу узнать реально ли нечто, я должен войти в то самое состояние или оперировать на той же стадии, исходя из которой делается утверждение, дабы проверить самому". Прежде всего обращает внимание, что здесь не упоминается коллективный характер подтверждения. Скорее здесь речь идет о том, что у данного человека в его внутреннем опыте нет референта, соответствующего определенному утверждению. Чтобы возникло понимание, необходим внутренний опыт. Но даже если этот человек войдет в нужное состояние и получит особый внутренний опыт, это не решит автоматически вопроса об онтологическом статусе референта этого опыта. Вопрос останется открытым: есть ли какая-то физическая реальность, которая явилась источником этого внутреннего опыта и которую можно было бы поставить ему в соответствие? Более того, всегда остается опасность неверной интерпретации данных внутреннего опыта, ошибочного онтологического статуса данного референта. Например, если нам во сне приснилось, что мы умеем летать, - это, несомненно, наш реальный опыт. Но если мы решим, что референтом этого опыта является наше умение летать в физическом мире, эта ошибка может стоить нам жизни.

Кто-нибудь может как-то прокомментировать эти данные?http://www.google.ru/trends?q=Ken+Wilber

Новый вариант интегральной концепции Кена Уилбера (Уилбер-5), описанный в его книге "Интегральная духовность", создал нешуточную путаницу с терминами. Например, путаница, возникающая из-за использования Уилбером цветовых обозначений уровня сознания (так называемая "радужная высота") и использования цветовых обозначений ценностей в спиральной динамике. К этому добавилась путаница с такими терминами как "структура-стадия" (structure stage) и "состояние-стадия" (state stage), которые, возможно, было бы лучше переводить как "стадия развития структур" и как "стадия развития состояний". О чем же идет речь в последнем случае? На мой взгляд, речь идет о следующем. В более ранних вариантах интегральной концепции Уилбера (например, описанных в книгах "Око Духа" и "Интегральная психология") термины "стадия", "структура" и "уровень" применительно к сознанию использовались практически как синонимы и противопоставлялись "состояниям". Говоря об определенном уровне развития сознания, подразумевалось, что этот уровень есть ничто иное как определенная стадия развития сознания и эта стадия проявляет себя как устойчивая структура, или паттерн. После того как Уилбер ввел в свой последний вариант интегральной концепции так называемую решетку Уилбера-Комбса, возникла необходимость в термине, который бы описывал не только последовательность структур сознания, которые разворачиваются в процессе индивидуального развития, но и последовательность смены состояний, которая наблюдается во время медитативных и молитвенных практик. Иными словами, и структуры, и состояния проходят через определенные этапы, которые в версии Уилбер-5 называются "стадиями". Раньше "стадия" и "состояние" были в каком-то смысле антонимами и отражали, соответственно, устойчивые, стабильные характеристики сознания и текучие, временные, нестабильные характеристики. В версии Уилбер-5 это различие оказалось размыто. "Стадии развития структур" кажутся терминологически вполне понятными, так как, согласно Уилберу, структуры отражают развитие сознание в сторону повышения сложности, причем высшие структуры включают в себя в том или ином виде низшие структуры. Если под стояниями понимать нечто временное и преходящее и при этом принимать, что состояния исключают друг друга, то термин "стадии развития состояний" звучит, на мой взгляд, довольно странно. Однако, если обратить внимание на то, что Уилбер под состояниями в решетке Уилбера-Комбса имеет в виду тренируемые медитативные состояния, то стадии развития состояний можно понимать как стадии произвольного доступа ко все более высоким медитативным состояниям. Слово "произвольный" в данном случае означает, что доступ к данным состояниям находится под контролем медитирующего, и тот может достигать этих состояний по своему желанию. Что же касается пикового опыта, как непроизвольного и временного достижения, то Уилбер связывает его именно с состояниями (имея в виду тренируемые медитативные состояния), а не со структурами, или уровнями сознания. Вот что он пишет в "Интегральной духовности": "... поскольку важнейшие черты этих основных состояний доступны всегда, можно испытать пиковое переживание более высокого состояния, но не более высокой стадии. Если, например, по Джейн Лёвинджер вы находитесь на ответственной структуре-стадии развития, для вас попросту невозможно испытать в пиковом переживании более высокую структуру, такую как автономная, — но вы можете пережить пиковый опыт грубого, тонкого, причинного, свидетельствующего или недвойственного состояния сознания". Уилбер объясняет это тем, что перечисленные выше состояния являются аналогами естественных состояний бодрствования, сна со сновидениями и глубокого сна без сновидений. Эта аргументация не кажется мне достаточно убедительной, так как состояния свидетельствования и недвойственного не являются естественными состояниями сознания человека. О том же самом Уилбер говорит и в другом месте: "как вновь и вновь демонстрируют исследования, невозможно пропустить структуру-стадию, равно как невозможно испытать пиковое переживание структур-стадий более высокого уровня. Например, если вы пребываете на дооперациональной стадии в когнитивной линии, то вы попросту не можете пережить формально-операциональный опыт, — но вы можете испытать пиковое переживание тонкого состояния!" К сожалению, Уилбер не дает конкретных ссылок на опубликованные работы, поэтому трудно сказать, какие исследования он имеет в виду. Вот еще одна цитата на эту же тему: "Вы можете пережить пиковый опыт более высоких состояний (таких как видение тонкого внутреннего света или чувство единения со всем бытием), поскольку многие из них «всегда уже есть», а значит, могут быть пережиты в качестве пикового опыта прямо сейчас. Но вы не сможете пережить пиковый опыт более высокой стадии (например, превратиться в профессионального пианиста), поскольку стадии развертываются последовательно и нужно определенное время, чтобы это произошло". Из всего этого, как кажется, следует вывод, что пиковые переживания имеют дело именно с состояниями, и хотя произвольный доступ к более высоким тренируемым медитативным состояниям формируется постепенно, проходя через определенные стадии, однако доступ к любым этим состояниям может возникнуть также непроизвольно в результате пикового переживания. А что же происходит со структурами сознания? Каким образом возникают новые структуры? Здесь мы опять встречаемся с термином "состояния", но уже не в том значении, в котором этот термин используется в решетке Уилбера-Комбса. Здесь речь идет о том, что новые характеристики сознания возникают как временные состояния, а затем усваиваются, стабилизируются и становятся устойчивыми структурами. Вот что пишет Уилбер: "А поскольку речь идет о стадиях, то достигнутое становится вашим постоянным приобретением. Однако, прежде чем это случится, все способности поначалу будут приходить к вам в виде временных состояний: на некоторое время вы будете подключаться к этим способностям, переживать пиковый опыт расширенного знания и бытия – чудесное состояние восторга, когда мы готовы кричать «ура!», пока длится краткий миг прозрения в сокровенные глубины наших собственных величайших возможностей. По мере продолжения практики, эти временные состояния преобразуются в устойчивые стадии, или постоянные характеристики вашей собственной территории". Вот еще одна цитата на эту же тему: "Если какая-то стадия роста и развития достигнута и стабилизирована, вы получаете доступ к определенным способностям, свойственным этой стадии. Такими способностями могут быть более ясное понимание, более всеохватная любовь, более высокие этические побуждения, большие разумность и осознанность. То, что раньше было преходящим состоянием, становится устойчивой характеристикой сознания". На мой взгляд, подобная чехарда с терминами создает серьезную путаницу. Вот еще одна характерная цитата: "Практика высших состояний является, своего рода, смазкой для спирали развития, облегчающей процесс разотождествления с более низкой стадией, чтобы могла появиться более высокая. Во время практики вы двигаетесь туда-сюда до тех пор, пока не сможете стабильно оставаться на высших уровнях осознания продолжительное время и они не станут вашей постоянной опорой, – так временное состояние превращается в непреходящее достояние". В этом отрывке я так до конца и не понял, понимаются ли под "высшими уровнями осознания" тренируемые медитативные состояния или структуры сознания. Обратите также внимание на то, что Уилбер использует термин "стадия", предоставляя читателю самому догадываться, идет ли речь о состоянии-стадии или о структуре-стадии. По-видимому, Уилбер сам не до конца освоился с новой терминологией, так как в некоторых местах "Интегральной духовности" использует термин "стадия" в старом значении. Вот характерный пример: "Состояния могут случаться во всех секторах (от состояний погоды до состояний сознания). До сих пор мы были сосредоточены главным образом на состояниях сознания в верхнелевом секторе (бодрствование, сновидение, глубокий сон) и на состояниях энергии в верхнеправом (грубое, тонкое, причинное). Разумеется, когда любое из этих состояний обретает статус постоянного приобретения, оно перестаёт быть состоянием и становится стадией". Заключение. (1) К сожалению, налицо противоречивая позиция Уилбера по поводу того, относится ли пиковый опыт только к состояниям или он также характерен и для продвижения по структурам. Хотя Уилбер упоминает исследования, которые якобы проливают свет на этот вопрос он не дает каких-либо ссылок. Если принять, что пиковый опыт характерен только для состояний, под которыми имеются в виду тренируемые медитативные состояния, то встает вопрос: а как же вообще возможен переход с одного уровня сознания на другой? Совершается ли он как одноразовое событие или это постепенное освоение, во время которого сознание совершает колебания между старым и новым уровнем? Если же мы принимаем, что новый уровень сознания возникает как временное достижение, то есть пиковый опыт, и возможны откаты на старый уровень, значит ли это что для пикового опыта доступны все высшие уровни или только +1 уровень, так сказать зона ближайшего развития? К сожалению, Уилбер не приводит никаких ссылок на эмпирические данные, которые могли бы ответить на эти вопросы. (2) Решетка Уилбера-Комбса, выделяя тренируемые медитативные состояния в качестве отдельного параметра развития и тем самым разрешая определенные проблемы интегральной модели, при этом создает новые вопросы и проблемы. Одна из существенных проблем - это терминологическая путаница. Если под структурой понимать устойчивые паттерны, то тогда устойчивые стадии, по которым разворачиваются медитативные состояния, указывают на то, что мы имеем дело со структурой. И тогда решетку Уилбера-Комбса можно понимать не как диаграмму структур и состояний, а как диаграмму именно структур, где по оси абсцисс отложены структура стадий тренируемых медитативных состояний, которые в данном случае будут представлять собой отдельную линию развития, а по оси ординат некая "радужная высота", за которой скрываются все остальные линии развития сознания. Вторая серьезная проблема состоит в том, что если мы принимаем, что тонкое, причинное свидетель и невдойственное - это лишь состояния, а не структуры, то верхние надличностные этапы развития оголяются и лишаются своего содержания. Ведь то, что раньше служило нам описанием высших надличностных структур, теперь оказывается лишь описанием состояний и не может служить в качестве описаний уровней. (3) Самый существенный вопрос остается о роли тренируемых медитативных состояний в общем развитии сознания. Если то, что в решетке Уилбера-Комбса обозначено как состояния, понимать как отдельную линию развития и придавать ей особое значение, встает вопрос насколько существенно или необходимо продвижение по этой линии для продвижения по всем остальным линиям. Например, Клинт Фус считает что "человек запросто может достичь высоких стадий вертикального развития не выходя при этом за пределы плотного состояния" ("К видению интегрального лидерства". Часть 3.). Если это действительно так, то значит ли это,что тренируемые медитативные состояния играют лишь роль подспорья, ускоряя естественное развитие структур, или же все-таки без медитативной практики это развитие не происходит? Если они действительно ускоряют развитие, нет ли опасности негативных последствий ускорения естественного процесса, который должен идти своим темпом? Чтобы ответить на эти вопросы необходимы исследования, которых пока, похоже, нет. (4) Еще один важный момент заключается в том, что даже если мы признаем важную роль медитативных состояний в общем развитии, то структуры развития, как устойчивые психические паттерны, проявляют себя, по-видимому, лишь в бодрствующем состоянии. На это косвенно указывает тот факт, что согласно решетке Уилбера-Комбса пиковый опыт медитативных состояний может произойти на любой стадии вертикального развития, но его интерпретация, то есть его реальная значимость для жизни и развития данного человека происходит в состоянии бодрствования. Таким образом, состояние бодрствования служит своего рода базовым состоянием, или референтным состоянием, в котором мы и можем оценить общий уровень развития. Таким образом, наблюдая за человеком в состоянии нирваны или самадхи (даже если у нас есть способы надежно установить, что это действительно нирвана или самадхи), мы ничего не сможем сказать про уровень его развития. Для этого надо понаблюдать за ним в его состоянии бодрствования и увидеть как он решает когнитивные задачи, как он строит отношения с другими людьми, как решает моральные проблемы ит.д.

Состояния сознания. Разница в изложении К. Фуса и К. Уилбера.Для сравнения использовались тексты Клинта Фуса "К видению интегрального лидерства" (Часть 3. Развитие перспектив и присутствия через развитие стадий структур и стадий состояний.) и Кена Уилбера "Интегральная духовность" (глава о состояниях). Хотя К. Фус утверждает, что он передает представления К. Уилбера о состояниях, при сравнении их текстов выявляются существенные отличия.(1) Какие существуют типы состояний?И тот и другой автор рассматривают состояния ВЛ сектора.Фус приводит следующую типологию:(а) феноменологические состояния ума, эмоций, озарений, интуиции и физических ощущений, (б) измененные состояния, включающие в себя наркотические опьянения, медитативные состояния и пиковые переживания, (в) естественные состояния.Уилбер упоминает только (а) измененные состояния и (б) естественные состояния.Таким образом, Фус упоминает целую категорию, которую Уилбер не упоминает вообще.(2) Какие существуют виды естественных состояний?В категории естественных состояний Фус упоминает 4 вида состояний:(1) бодрствование (=плотное), (2) сон со сновидениями (=тонкое), (3) глубокий сон без сновидений (=причинное), (4) недвойственное.В то же время Уилбер дает 5 состояний:(1) бодрствования, (2) сновидения, (3) глубокого сна, (4) свидетельствования (турийя), (5) недвойственное состояние (турийятита). Поскольку К. Фус не использует в названии 4-го вида состояния санскритского термина, остается непонятным, соответствует ли его 4-й тип 5-му типу Уилбера, то есть турийатите, или же включает в себя и 4-й и 5-й вместе. Хотя Уилбер при перечислении этих видов состояний ссылается на веданту, он не приводит каких-либо ссылок. Из того, что мне удалось найти, выяснилось, что термин турийа упоминается в Мандукья Упанишаде, однако он не рассматривается там как одно из состояний сознания наряду с остальными: "Четвертое (т.е. турийа) - это не состояние. Это основание, на котором сновидение и бодрствование возникают и исчезают. Турийа - это лишь другое название для описания чистого осознавания. Оно также называется Нирвикальпа." Использование термина "турийатита" характерно для направления бхакти Гаудия Вайшнавизма и рассматривается там как 5-е измерение, в котором человек встречается лицом к лицу с Кришной Гопалой, и более высокое по отношению к турийе. http://en.wikipedia.org/wiki/Turiya(3) Естественные или медитативные состояния?В своем изложении К. Фус подчеркивает, что его текст рассматривает лишь естественные состояния сознания, в то время как Уилбер говорит о медитативных (или тренируемых) состояниях, которые он называет "вариациями на естественные состояния". Скорее всего они говорят об одном и том же, так как пункт 5 положений К. Фуса о состояниях говорит о том, что можно научиться стабильному и постоянному доступу к состояниям. Если речь идет о естественных состояниях бодрствования, сна со сновидениями и глубокого сна без сновидений, то непонятно, чему здесь можно научиться. Если исключить патологические расстройства сна, то любой человек стабильно и постоянно имеет доступ к этим состояниям каждый день. Если же это особые тренируемые медитативные состояния, то во избежание путаницы, мне кажется, лучше не относить их к естественным состояниям.По поводу упомянутых выше 5 естественных состояний сознания Уилбер также замечает, что "данные основные состояния бытия и сознания доступны до некоторой степени всем людям буквально на любой стадии развития, включая и младенцев, попросту потому, что даже младенцы могут бодрствовать, спать и видеть сны". Это было бы логично, если бы речь шла только о первых трех состояниях. В обычной жизни люди, похоже, не испытывают регулярно таких состояний как турийа или турийатита. Выражение "до некоторой степени" звучит странно, так как человек по идее либо находится в данном состоянии, либо не находится, а находиться в каком-то состоянии "до некоторой степени" - это все равно что быть "до некоторой степени" беременной.(4) Исключают ли состояния друг друга?Упомянутый выше момент связан также с одним из положений К. Фуса, согласно которому состояния по своей природе исключают друг друга (то есть не могут смешиваться друг с другом или накладываться друг на друга) в отличие от структур сознания, которые включают друг друга. В качестве примера Фус приводит пример того, что вы не можете одновременно бодрствовать и глубоко спать. Уилбер приводит аналогичный пример того, что вы не можете быть одновременно трезвым и пьяным. Однако, в отличие от Фуса, Уилбер не столь категоричен. Он говорит о том, что большинство (!) состояний сознания имеют исключающий характер. Хотя он и не уточняет этот момент, пример осознанных сновидений, по-видимому, можно рассматривать как своего рода смешение двух состояний: бодрствования и сна со сновидениями. Сам Фус, кажется, противоречит себе, когда приводя схему траектории развития в координатах решетки Уилбера-Комбса, пишет: "На оси стадий состояний эта карта отражает развитие устойчивого доступа к явлениям каждого из состояний по мере того, как индивидуум достигает его в бодрствовании. Иначе говоря, она не отражает того, что все мы имеем доступ ко всем этим состояниям во время сна или в пиковых переживаниях".

Взято из интегрального порталаПеревод: Павел НикифоровИсточник: http://www.integralworld.netИНТЕГРАЛЬНЫЕ ЛЮДИ – ГДЕ ОНИ?Giorgio PiacenzaКуда же мы движемся, как общество?           Я выскажу свои опасения по поводу ожиданий Кена Уилбера о значительном увеличении доли населения (по крайней мере, в США и Европе) готового к переходу на интегральный уровень развития. Существует ли надежда, что после взросления поколения «бейби бумеров» и достижения некоторыми из них первых интегральных уровней их наследники продолжат развитие в том же направлении? Возникнет ли новая когорта, возвышающаяся, подобно предшествующим «бейби бумерам», над жизнью современного мира?   Как сказал Кен Уилбер, (а также указывали другие мыслители) скорее всего дети бумеров еще более нарциссичны, чем их уже достаточно нарциссичные отцы. Я бы также обратил внимание на то (в соответствии с психологом Сергио Синаем, автором книги «Общество не желающее расти»), что значительная часть детей родившихся в восьмидесятых и после в действительности не разделяет глубинных идей своих родителей и, в большей мере, жаждут поверхностных развлечений. Это дети постмодернизма, интернета, немедленного удовлетворения, они легкомысленны, «видеократичны». Я думаю, что жизненный стиль присущий первой стадии постмодернизма которую они представляют будет неопределенным в плане дальнейшего развития (с точки зрения индивидуумов вступающих на путь развития). Этому жизненному стилю соответствуют признаки красного уровня (в терминологии спиральной динамики), выражающиеся в возможности немедленного удовлетворения, имплицитной и эксплицитной склонностями к протесту. Таким образом, дальнейшее психологическое развитие приостанавливается на стадии, которую психолог Роберт Киган охарактеризовал как стадию до которой люди развиваются для того чтобы оперировать в требованиях окружающего их мира.          В то время, как Деррида и другие философы-постмодернисты могут находиться на зелёном уровне по своей внутренней убежденности и по этическим соображениям (последний уровень первого порядка в соответствии с уровнями, принятыми в спиральной динамике) их критика современности, её форма, выражающаяся в выборе глоссария, структур, способа и обоснований далеко не всегда соответствуют зелёному уровню, соответственно, глубокие общие вопросы, ставящиеся ими к логическим структурам, объединяющим наш мир, могут быть запросто неверно интерпретированы, и по большей части, способствовать индивидуумам красного уровня на нем же и оставаться. Такое положение вещей ставит современность перед попытками возврата янтарного уровня к порядкам недалекого прошлого Средних веков. В действительности, постмодернистский способ мышления содержит множество возможностей быть понятым неверно и именно поэтому он и опасен.           Здесь, в нескольких университетах Перу мы можем видеть небольшое, но растущее движение, его можно отнести к католической религии, неоконсерваторы. Представители этого движения ставят под сомнение применение идей гуманизма и научного подхода ко многим областям нашей жизни. Используя инструментарий декострукционизма для разрушения современного научного знания, основанного на рациональности, они вновь устанавливают порядок жизни, основанный на религиозной практике, как наиболее заслуживающей доверия. Эта центральная идея, подобно «радикальной ортодоксальности», также предлагается в Великобритании, да и не только в ней одной.           Когда зелёные (в терминах спиральной динамики), возникшие как результат длительного и сложного процесса в уникальных демократических и интеллектуальных условиях передовых западных обществ, ещё только появляются на политической сцене и ставят под вопрос традиционную негибкую систему мифического общества наследия Второй мировой войны, фактически их время уже давно пришло. И вот их утопические ожидания вскоре уступят место (в большинстве случаев) задаче обустройства жизни и устройства более реалистичного уклада. Они трудолюбивы, в стремлении ко всеобщему благу достаточно идиалистичны до сих пор, но они также достаточно индивидуалистичны и, в определенной степени, согласны с последними представителями тех кто верит в Великие истории, они первые из тех, кого можно назвать постмодернистами. Своими экономическими и технологическими основаниями текущее общество направлено на последующие поколения но, возможно, его открытость и практичное образование не в состоянии передать потомкам структуры и ценности, за которые боролось и которые были дороги нашему поколению. Их дети, дорастая до красного или янтарного уровней, требуют авторитетов, или, по крайней мере, структурированных фигур Отца и Матери, которых родители уже не могут или не хотят предоставлять. Кроме того, мораль культурного окружения, которую они и предназначены изменять, не предоставляет ориентиров «правильного» и «неправильного» это случается именно на тех стадиях развития, когда эти понятия необходимы подрастающему поколению в наибольшей мере.           Результат вышеописанного – поколение Y – незрелое, поверхностное, нестойкое к фрустрациям, ведущее поиск немедленного удовлетворения и не обращающее должного внимания на гуманистические принципы и ценности. Эти характеристики укрепляются еще больше под влиянием мыслителей постмодернизма исповедующих релятивизм.           Что же произойдет, когда уйдут старшие? Смогут ли зелёные выходящие на интегральные уровни играть роль «создателей новой культуры» и обеспечить достаточные условия для продвижения зелёной и последующих интегральных стадий в поколениях, которые, как сообщает нам Алан Кирби в идее о «копательном модернизме», поглощены контактами, осуществляемыми моментально, кликанием, загрузками и перетаскиванием? Я могу заблуждаться, но я не наблюдаю процесса неизбежного развития или даже прокладывания пути к интегральным уровням, незаметно также ни индивидуального, ни культурного движения в этом направлении.           Задумываться нужно также и о вовлечении все увеличивающегося числа молодых людей, бедняков в процессы политического развития стран. В этой сфере ситуация очень разнообразна. Существуют примеры ухода в грубый меркантилизм как основу жизни. Другие примеры это уход в неформалы и попытка бороться с системой любой ценой, формально подчиняясь или, в случае если это выгодно, принимая хотя и ослабленные, но широко распространенные ценности её бюрократической системы. Некоторые становятся религиозными фундаменталистами. Кто-то всё ещё верит в абсолютистские политические системы подобно марксистским.           Взять в качестве примера Перу, там жизненный уклад достаточно неустойчив, строится на сиюминутных выгодах, в которых велика роль неформальных отношений, непринужденности, велика ценность проступков. И, в то же время, и когда это удобно, происходит игра в минимально заслуживающую доверие экономически легальную политическую систему. Как мы видим, множество одновременно существующих стадий развития соединены здесь прагматизмом и, зачастую, правилами становятся искусственно созданные нужды. Влияние большинства чувствуется повсеместно, особенно в связи с увеличением миграции, ростом преступности, концентрацией населения, потерей идеализма и неспособности получать простые радости жизни. Провинившиеся человеческие сообщества пристрастились к урбанистическому образу жизни, им нет более нужды в развитии подрастающего поколения и его выведении на интегральные уровни развития. Наличие различных видов мафиозных структур, явления отрыва от общинного образа жизни, сильный уклон в сторону двусмысленности, переизбыток информации все эти явления ведут к поверхностности и безразличию, что не способствует движению в сторону интегральных ценностей. Этим людям требуется чувство смысла окружающих их вещей на уровне именно их понимания, что включает в себя такие понятия и структуры как выиграл-проиграл, мифы и объяснения текущих жизненных условий. Необходимость в сохранении чувства смысля приводит к умножению числа мафиозных организаций, общин и движений фундаменталистов предлагающих примитивные попытки сохранения чувства смысла и контроля над ним. Так происходит, поскольку интегральная теория не принимает онтологический статус тонких миров, плохих и хороших сил, ни в олицетворении мистических сил, мира духов, мира святых, ни в олицетворении физически существующих созданий. До сих пор она представляет чересчур туманные вещи, слишком далекие от людей ищущих живых подтверждений, ищущих всё больше и больше подтверждений своей правоты бессознательно.           Куда же мы движемся, как общество? Могут ли выработанные подходы к развитию человечества быть приложены к индивидуумам, чьи социальные системы содержат смесь ожиданий и подходов к развитию, относящихся одновременно к досовременной, современной и постсовременной культурам? Я думаю, в том случае, если ортодоксальное крыло интегрального движения не прекратит попыток втиснуться в академический мир, обслуживая при этом ожидания школ модернизма и постмодернизма, оно еще долгое время не сможет дать убедительного и согласованного послания миру в целом. В качестве примера: множество из открытий из досовременных стадий культурного развития так и не признаны интегральными.           Также я полагаю, что позиция «постметафизики» не принимающая во внимание онтологические уровни в качестве изначально существующих, должна быть скорректирована и выведена из текущего упрощенчества. Тогда, принимая во внимание Кантовскую идею субъективной интерпретации, изначальное существование не будет незыблемым и вечным онтологическим уровнем. Уровни будут изменяться и эволюционировать. Онтологические уровни могут быть независимыми до известной степени, но будут эволюционировать, как в отношении субъективности, так и в отношении внешней объективности. Как уже было сказано, уровни не кажутся статичными, как указывал и критиковал Кен Уилбер. Человеческое сознание интерпретирует любую вещь, которую может воспринять. Таким образом, я думаю, что мы подвергаем интерпретации тонкие и причинные онтологические уровни, в тот момент, когда они становятся доступными до нас посредством тонких и причинных восприятий. Я бы добавил, что чем более тонкими мы становимся, тем больше становится субъективных значений в наших интерпретациях, поскольку, соответственно, большая доля внутреннего видения становится доступной. Таким образом, я думаю, что пока мы не признаем интегрирующую роль взаимодействия онтологических уровней (взаимодействующих в нашем субъективном и внешнем объективном аспектах), мы не сможем выйти за пределы постсовременного уровня понимания и раскрытия. Если мы не сможем этого сделать, интегральная теория будет нестабильной и продолжит обслуживать область установленную постмодернистскими мыслителями (и таким образом, являться источником неопределенности в развитии и понимания развития нового поколения). Теория будет обслуживать фиксацию красного уровня развития по причине сложности в различении до/над заблуждения.           Для спасения принципов и ценностей (принимая критику постсовременности), или для целей лучшей подстройки к структурам созвучным сообществу, интегральная теория должна расти за пределы текущего Кантианства в постмодернизм, «постметафизику» и включать не только реальности частично независимой и частично связанных тонких и причинных онтологических областей, взаимодействующих с нашими субъективными интерпретациями, но и реальность внешнего мира грубой, материальной реальности. Только в этом случае, могут быть действительно взяты в расчёт эти области во всех своих измерениях, что повлечет за собой понимание нашего места в Космосе. Это понимание того, что нет необходимости возвращаться к прошлым неприятию и суевериям, но есть возможность поиска комплексного понимания и знания. Только в этом случае мы будем способны спасти интегральное понимание и его значение для мужчин и женщин, находящихся на предшествующих стадиях развития, а они, в свою очередь, смогут найти связь с неким «потусторонним миром» за пределами их технологически ограниченной жизни в грубом физическом мире. Возможно тогда, интегральная теория не будет только обслуживать «релятивизм, в качестве альтернативы против суеверия», и рост всё большей относительности и все большего непонимания на своем же уровне. Все эти разговоры о холонах и совершенстве иерархий не будут достаточны без четкого внедрения всех основных открытий шаманизма, янтарно-мифического и прочих современных уровней, в соответствии с тем, что мы знаем и что нам требуется в настоящий момент.

  Боже, сколько раз я читал о том, что блуждающий ум - препятствие, как с ним нужно бороться, чтобы теперь узнать о том, что последние исследования утверждают, что блуждающий ум может быть очень важным, а знание того,  каким образом оно происходит, как надеются ученые, поможет в лечении болезни Альцгеймера, аутизма, депрессии и шизофрении.   Статья из Лос-Анджелес Таймс. Ссылка внизу.  Отдыхающий мозг - занят далеко не праздными делами. Это простое предположение можно прояснить на примере, скажем Миши Мразека, как если бы мы смогли забраться ему в голову, в то время, когда он готовит на кухне утренний завтрак, состоящий из яичницы, овсянки и свежих фруктов.   По мере того, как он совершает довольно ритуальные действия: сбор компонентов, порезка, разбивание яиц, доведение воды до определенной температуры и так далее, его мысли тоже устраивают себе праздник.  Потом он рассказал.  Воспоминания детства натолкнули его на мысли о своей подружке, которая отправилась в путешествие по всей стране.   Размышления о помидорах в его саду, уступили место обдумыванию встречи, которая произойдет с ним позже в университете.  Воспоминания о сестре, которая дразнила его за завтраком, перешло в размышления о том, как он займется медитацией вечером.  До недавнего времени ученые не проявляли интереса к бесцельному блужданию ума, в промежутках решения Мразеком сознательной задачи приготовления завтрака - они воспринимались как простое блуждание ума в промежутках значимой активности.     Но, за последние буквально пару лет, они стали рассматривать умственную лень как важную, и более того, полезную работу - работу, которая полагается на мощную и разветвленную нейронную сеть, работающую в унисон.  Нейроученые назвали ее "сеть в режиме умолчания".    Индивидуально, области мозга, составляющие эту сеть долгое время воспринимались как активные в то время, когда человек вспоминает прошлое, планирует свое будущие в виде сценариев развития событий, приписывает мотивы и чувства другим людям и взвешивает их личностные ценности.   Но, когда эти структуры шумят в унисон - а это происходит во время наших дневных мечтаний, они заняты следующим - они функционируют в "нейтральном" режиме. Понимание этого режима считается более важным, чем распространенная повсеместно техника зондирования мозга. Оно может помочь диагнстировать и лечить психиатрические моменты, самые разнообразные: от болезни Альцгеймера, аутизма, депрессии до шизофрении - так как в них нарушены операции в этом режиме по умолчанию.   Помимо этого есть еще более высокое обещание. По мере того, как нейроученые изучают праздный мозг, некоторые из них начинают считать, что начинается исследование центральной мистерии в человеческой психологии: где и как формируется понятие "я", как оно поддерживается, сохраняется и обновляется.  Кроме того, несмотря на то, что ум - блуждает, он редко уходит далеко от нас самих, как и в самоанализе Мразека по поводу завтрака.  Это ярко контрастирует с паттерном, в котором оказывается напряженно работающий мозг: в этом режиме интроспекция подавляется, мы занимаемся неотложными делами - мы "теряем себя" в работе. Когда это происходит, нейронная сеть по умолчанию, затихает, а другие сети становятся активными.     Нейроученые долго воздерживались от обсуждений "я" как бесполезных или слишком трудно решаемых, заявила Джонатан Шулер, психолог из Калифорнийского университета Санта Барбары, изучающая блуждающий ум (при помощи Мразека - ее студента).   Однако теперь, исследования сети по умолчанию и блужданий ума может помочь привлечь внимание нейроученых к нашему богатому внутреннему миру и повысить вероятность того, что наше чувство "я", наше существование как отдельных существ, можно будет наблюдать, измерять и обсуждать.  Идея в том, что существуют физические структуры в мозге, благодаря которым мы неосознанно определяем то, кто мы есть "согреет сердце Фрейда", - сказал Маркус Рэйчл, нейролог Вашингтонского университета, который положил начало исследованиям в этой области. Зигмунд Фрейд, отец современной психологии, говорил об исключительной силе бессознательного ума в организации  нашего поведения и часто предполагал, что работа этой силы будет когда-то открыта учеными.    "Люди говорят о себе и спрашивают, как это понимание возникает в нашем мозге", - говорит Рэйчл. Режим сети по умолчанию, добавляет он:"кажется критическим элементом этой организации. Он хранит в себе многие черты того, как мы думаем о самих себя, как "я".    ИЗМЕНЕНИЕ МЫШЛЕНИЯ.   За последние два десятилетия, нейроученые установили многие области мозга, которые активируются во время целенаправленных задач - когда мы считаем, движемся в окружающем нас мире, процесс ввода данных от органов чувств или осуществление сложных моторных навыков.  Но, до самого последнего времени, приливы и отливы мыслей - поток сознания, который превращает Мразека в человека и чье содержание делает его уникальным человеческим существом - оставались мертвой зоной. Как генетики, которые годами отбрасывали генетический материал с не известными функциями как "мусор ДНК", так и нейроученые  провели годы, упуская "праздный" мозг. Вот так просто - они считали его содержимое -   не более как бессмысленным наполнением.   Но, в 2001 году, Рэйчл и его команда начали публикацию исследований, которые утверждают обратное.  Во время решения задач, требующих сосредоточенного внимания, области мозга, специализирующиеся на их решении становятся активными у тех, чей мозг сканируется. Но, как только мужчины и женщины, умственно раслабляются выйдя из режима сканирования, эти специализированные области мозга успокаиваются - а большие и разнокластерные структуры мозга  вступают в действие.  Рэйчл особенно заинтересовался в той части мозга, которая называется  медиальной теменной корой , в качестве центрального узла этой деятельности. Он прекрасно знал об этой области, которая, как правило, становится активной при воспоминании человеком своего прошлого.  Его работа приоткрыла и другой ключевой узел в этой любопытной схеме: медиальная теменная кора уникальная человеческая структура - становится активной , когда мы пытаемся представить себе, что думают другие люди.  У  этой области, как понял Рейчл, есть характерная особенность - она сосредоточены на себе, на личной истории и отношениях, благодаря которым мы определяем себя как отдельных личностей.   По мере продолжения исследований, ученые обратили внимание на некоторые другие интересные факты.    Они увидели, что части мозга, составляющие сеть режима по умолчанию, очень чувствительны к спайкам, ... и нарушениям обмена веществ болезни Альцгеймера - болезнь начинается с потери памяти, а в конце концов лишает их и чувства самосознания.  А это, как утверждает Рейчл и его коллеги означает, что режим сети по умолчанию и делает нас теми, кто мы есть.   Они также определили, что во время работы, эта сеть потребляет также много энергии, как и те, которые участвуют в решении сложных умственных задач. Поэтому вряд ли можно говорить о том, что ум в это время отдыхает.    А что же происходит?   РАБОЧИЙ ОТДЫХ.     Рейчл предполагает, что время этих блужданий мысли, в мозге происхходит формирование ряда умственных правил в отношении нашего мира, особенно нашего социального мира, которые впоследствии помогают в наших взаимодействиях с людьми, в быстром переосмыслении чего бы то ни было и реакции на информацию -  о намерениях незнакомца,  какой следующий фильм выбрать для ребенка и т.д. - не прибегая к необходимости запускать сложные и осознанные расчеты всех наших ценностей, ожиданий и убеждений.   Подобная, укороченная ментальность необходима потому, что у мозга нет возможности принимать в расчет все детали доступные нашим чувствам в данный момент времени. Сеть режима по умолчанию, как предполагает ученый, удобно располагает шаблоны, позволяющие нам не затрачивать время на предположения в отношении самих себя, людях и окружении с которым мы взаимодействуем.   Указывается и на другое дополнительное отличие сети режима по умолчанию - то, которое позволяет предположить, что она играет центральную роль в нашей жизнедеятельности. Этот центральный узел обладает двумя источниками кровоснабжения, что делает его менее уязвимым, чем другие области мозга, к повреждениям от ударов.    "Это - страховой полис: эта область  критически важна".   Ученые подозревают, что сеть режима по умолчанию может сообщить нам тома в отношении нашего умственного здоровья, основываясь на исследованиях последних трех лет, демонстрирующих то, как ее работа  отличается у тех людей, которые страдают депрессией, аутизмом и другими нарушениями.  Этот факт подчеркивает еще один важный момент: подобно тому, как сон по всей видимости играет важную роль в обучении, запоминании, консолидации и сохранении метаболической функции тела, так и неструктурированное умственное время - время мечтаний и блужданий - может играть ключевую роль в нашем психическом благополучии.  Если это так, то это весьма поучительная история для общества с восхвалением продуктивности и эффективности, и с осуждающим взглядом на блуждающий ум.  Необходимо пересмотреть подобное социальное давление и извлечь уроки из изучения отдыхающего ума - и мечтания и блуждания, в соответствующее время, могут сослужить большую пользу в поддержании нас здоровыми и счастливыми.   "У людей может быть страх того, что они не достаточно заняты, а как следствие они начинают себя нагружать. Каждый из нас может быть хорошим спутником самому себе, если будет позволять своему уму направляться туда, куда он решит направится"     http://www.latimes.com/health/la-he-brain-20100830,0,479095.story?page=2    

Тронуло. В этой статье не встречается слово "духовный", "духовность" и, читая ее, сразу понимаешь, что здесь оно было бы "не уместным", "лишним" и "не адекватным". Но, именно благодаря таким произведениям мы понимаем, чувствуем и переживаем ее в полной мере. ДАО АЙДАНА. Как философия Китая помогла мне жить с моим сыном.  Недоразвитое мозолистое тело. Это - часть диагноза, который нервопатолог сообщил мне и моей жене после рождения нашего первого ребенка. Айдан, время от времени переставал дышать. Само по себе недоразвитие мозолистого тела не является обременительным. Оно вызывает ослабление или полное отсутствие той структуры, которая соединяет два полушария головного мозга. Люди с этим диагнозом могут жить долго и счастливо. Но, в сочетании с другими "аномалиями" мозга, как называют их врачи, это может приводить к глубокой инвалидности. Это и случилось с Айданом. Айдан родился в 1991 году, и он никогда не смог пойти, заговорить или что-нибудь увидеть. Он был истерзан изъянами. Когнитивно, его развитие никогда не вышло за пределы младенчества. За время своих 14 лет жизни он перенес самые разнообразные потери. Когда ему было около 4 лет, катетор был введен ему в живот для подачи пищи. Когда ему было 11 , была проведена трахеостомия, чтобы обеспечить дыхание через шею. Я не могу здесь рассказать о многом, о госпитализациях и операциях, кризисах при лечении, повседневных проблемах в связи с уходом за ребенком-инвалидом. Это было время разрушенных надежд и душевных переживаний. Из-за всего этого, мы искали смысл. Моя жена оказалась ближе к христианству, но я не мог последовать за ней. По воспитанию католик, я уже давно соскользнул в скептицизм. Я просто уже не мог поверить, как подросток, в Кровь и Плоть. И когда я сталкнулся с кризисом - эмоциональным, интеллектуальным и экзистенциональным, в связи с болезнью Айдана, то обратил свой взгляд на философию даосизма, которым я интересовался еще в колледже. Еще тогда я познакомился с его ньюансами. Но было это скорее интеллектуальное развлечение, теперь же он вернулся ко мне в качестве убежища. В нем нет отвлеченных рассуждений о Боге, принятия благости Божией перед лицом боли и страданий. Я не хотел говорить о Боге, я хотел понять жизнь Айдана и мое отношение к нему. Даосизм помог мне в этом. В своем философском выражении он отличается от религиозных форм, обожествляющих определенные ритуалы и действия - даосизм лучше всего охарактеризовать как натуралистический. Он обращает наше внимание на обширную и сложную совокупность всех вещей: физических - на земле, невыразимых - от небес, и вечные вещи Вселенной. На разворачивание всего совершенно спонтанно и одновременно в то, что мы можем понимать как Дао или "путь". Мы - люди, не можем контролировать путь. Мы не в состоянии его полностью понять. Наш язык не в состоянии охватить его простор и сложность. "Все - есть путь, и на пути том все". Обширность и тайна Пути прививает смирение даосам. Мы не можем повлиять на движение Пути, все, что мы можем - следовать вперед в неизбежное разворачивание вещей. Это знаменитое недеяние (у-вэй)изречение из Дао Дэ Цзин, основополагающего текста даосизма: " Кто учится, с каждым днем увеличивает [свои знания]. Кто служит Дао, изо дня в день уменьшает [свои желания]. В непрерывном уменьшении [человек] доходит до недеяния. Нет ничего такого, чтО бы не делало недеяние. Поэтому овладение Поднебесной всегда осуществляется посредством недеяния. Кто действует, не в состоянии овладеть Поднебесной." "Нужно сделать [свое сердце] предельно беспристрастным, твердо сохранять покой, и тогда вещи будут изменяться сами собой, а нам останется лишь созерцать их возвращение". "Преодоление трудного начинается с легкого, осуществление великого начинается с малого, ибо в мире трудное образуется из легкого, а великое – из малого." Существую бесконечные дискуссии среди комментаторов о том, насколько буквально мы должны понимать идеал "недеяния". Я склонен согласиться с теми, кто рассматривает это как предостережение, а не как абсолют. В конце концов и избегание действий противоречит трансформации природных условий. Конечно, весь фокус в том, чтобы знать, что является "естественным", а что - нет. Но, как правило, даосизм считает, что меньше делать - лучше. В борьбе с множеством невзгод инвалидности Айдана, я нашел здесь утешение. Как отец, я инстинктивно хотел сделать что-то, сделать это правильно, чтобы решить эту проблему. Однако в его жизни существовало многое, что невозможно было изменить. Чтобы я ни делал, он не будет ходить, говорить или видеть. Я вообще не мог навязывать своих решений. Он любил поесть, и мы любили его кормить. Я не хотел желудочного зонда, адского устройства, лишающего его одного из немногочисленных удовольствий. Но у меня не было реальной альтернативы. В конце концов это должно было случиться, это было неизбежно. Родители детей-инвалидов, часто очень глубоко чувствуют свое бессилие перед лицом таких изнурительных испытаний. Даосизм призвал меня отпустить мои надежды и желания. Он напоминал мне, что попытка добиться определенных результатов, иногда может привести к большим недоразумениям. В отличие от этого, простое принятие может дать новое понимание жизни Айдана. Вместо того, чтобы заботиться о том, что он не мог сделать, лучше было для всех просто действовать через те вещи, которые он на самом деле был в состоянии сделать. Айдан слышал - и мы наполняли его мир чтением и музыкой. Айдан чувствовал запах- и мы наполняли его мир ароматами. Айдан чувствовал прикосновения - и мы давали их ему. Для меня, одной из величайших вещей, которую я мог сделать с Айданом - было просто посидеть с ним молча. Я часто намеревался обращаться к нему, а вместо этого устраивался в тишине. Много тех дней мы провели наедине друг с другом, и только наше общее дыхание нарушало тишину. Даосизм научил меня не искать причины. Ранее, невролог сказал, что он не может сказать с уверенностью, чем вызвано такое необычное развитие мозга Айдана. Могут быть какие то конкретные объяснения, но я взял пример с него. Путь, в конце концов, находится за пределами нашего понимания. Лучше состредоточиться на том, что уже вокруг нас, а не на вещах вне нашего зрения. Чжуан-цзы, мудрейший из древних даосских писателей, так выразил это: "Веселье и гнев, печаль и радость, надежды и раскаяние, перемены и неизменность, благородные замыслы и низкие поступки – как музыка, исторгаемая из пустоты, как грибы, возникающие из испарений, как день и ночь, сменяющие друг друга перед нашим взором. И неведомо, откуда все это? Но да будет так!" Признание того, что "она просто есть" позволило мне избежать обвинений и вины, которые могли бы препятствовать моим отношениям с Айдан. Были моменты, когда моя жена и я отклонялись от того, что должно быть сделано. Она, как правило, занималоболее жесткую позицию и была более склонна к вмешательству. Но я научился не держаться за такие противостояния. В конце концов не важно, кто был прав. Важно было быть открытым к тонкостям Айдана. Чжуан-цзы предложил обширные толкования терпимости. Я часто крутил у себя в голове следующий отрывок: "Всматривайся в незримое и вслушивайся в беззвучное. Во мраке прозреешь свет, в тишине услышишь гармонию. Будь глубже глубокого – и сможешь постичь Сущее. Будь духовнее духа – и сможешь слиться с семенем жизни. Принимай все, что есть в мире: сливаясь с Отсутствующим, даешь каждому быть тем, что он есть; ускользая вместе с летучим временем, послужишь каждому опорой. Тогда великое окажется малым, длинное – коротким, а близкое – далеким." Для меня это означало мальчика, который видел только тени. Мальчика, который никогда не будет читать или писать. Для некоторых это может показаться бессмысленным, но если помещать все в вечный и огромный путь, с его разннобразием и динамизмом, то все в нем обладает прекрасным смыслом. У каждого человеческого лица есть привлекательные черты, у каждого лица есть и свои недостатки. На просторах, мы все маленькие. У-вэй движется, независимо от наших побед и поражений, бесчисленные преобразования его развертывания превышают наше понимание. В нашем бессилии и несовершенстве все мы двигаемся как одно и тоже - как Путь. Таким образом, я увидел, что в необычном начале жизни Айдан, в его недоразвитости, не было недостатков или неполноты. В его очевидной истерзанности был он весь сам по себе , его начало и его конец, неотъемлимы и ценны, как и любой другой человек. ( автор - Сэм Крейн, профессор кафедры политологии и восточных исследований при колледже Уильямса. Его сын - Айдан Крэйн умер в 2006 году).

Джон Лерер автор книги "Как мы принимаем решения". Со времен Эйнштейна физики говорят нам о том, что время - это устойчивое тик-так мира - гораздо причудливее, чем мы считаем. Оно не течет в одном, линейном направлении или не тикает ровно, как хронометр. Вместо этого оно зависит от самых разнообразных переменных. Мы ускоряемся - время замедляется. (Провалитесь в черную дыру и оно превратиться в вязкий ил). И нет ничего в математических законах физики, что говорило бы о том, что время течет только вперед. По крайней мере в теории, стрелки ваших часов могут тикать в обоих направлениях. Но, если время такое странное, почему же оно выглядит таким обычным? Почему мы не ощущаем квантовой причудливости? Психологи и нейроученые начали исследовать феноменологию времени, начав не с пространства-времени, а с мясистого мозга. Если наше чувство времени - большая когнитивная иллюзия, то тогда, откуда она исходит? Давайте начнем со смелого эксперимента, проведенного Дэвидом Иглманом. Он заинтересовался тем, почему время течет так медленно, когда мы по настоящему испуганы. Конечно, не так просто испугать кого-то в научной лаборатории или обманом заставить людей думать, что они умирают. Поэтому Иглман предложил оригинальную экспериментальную парадигму: СКАД-прыжок, который можно описать как банджи-джампинг (наподобие нашей тарзанки) без банджи. Субъекта поднимают в воздух (в статье 150, но не указано чего - прим.мое) и опускают (успешно) на большую сеть. Происходит следующее: Погружение СКАД - это именно то, что было нужно Дэвиду - это по настоящему ужасно. Но, ему также был необходим способ оценить то, что происходило с мозгами в этом турбо-режиме. Поэтому он снабдил каждого испытуемого небольшим электронным устройством, называемым хронометром восприятия - схожим с наручными часами. Он высвечивает числа так быстро, что их не различить. В обычных условиях, стоя, скажем на земле, эти числа превращаются в простое пятно. Но, Дэвид понял, если мозги испытуемых будут в турбо-режиме, то они смогут прочитать числа. Прошедший эксперимент был, как на это и расчитывал Дэвид, достаточно необычным для всех участников. "Мы попросили каждого определить насколько он был напуган по шкале от 1 до 10. И каждый сказал - 10". Все субъекты сообщили о эффекте замедления движения во время падения: они постоянно переоценивали время, требующиеся для падения. А какже числа хронометра восприятия? Они оставались неразличимым пятном. "На самом деле, когда вы падаете, вы не находитесь в замедленном движении. Это не равнозначно тому, как работает замедленная камера", - сказал Дэвид:"В этом всем есть что-то гораздо более интересное". Согласно Дэвиду, это все имеет отношение к памяти, а не к турбо-восприятию. "Обычно, наша память подобна решету", - сказал он:"Мы практически не записываем ничего из того, что проходит через нашу систему". Вспомните вашу прогулку по многолюдной улице: вы видите множество лиц, дорожные знаки, самые разнообразные стимулы. Большинство из них никогда не становится частью вашей памяти. Но, если автомобиль неожиданно свернет с дороги и понесется прямо на вас, ваша память изменится. Теперь она запишет все - каждое облако, каждый шматок грязи, каждую промелькнувшую мысль, все, что может быть полезным. Это - глубоко Прустовская идея. Оказывается, что наше чувство времени глубоко переплетено с памятью, и что когда мы помним больше - когда мы чувствительны к каждой Мадлене и чашке чая - мы можем тянуть время, как одеяло. Это позволяет предположить, что простейший способ растянуть нашу жизнь - выжать больше опыта из этой смертной суматохи, быть более внимательным, более чувствительным к повседневным деталям мира. Таже логика применимо и к нашим каникулам. Если мы хотим, чтобы они тянулись подольше, то нам необходимо покинуть сонные пляжи, и вместо этого заполнить наши дни новыми впечатлениями, которые обратят на себя наше внимание и запомнятся. Кроме того, связь между восприятием времени и плотностью памяти может работать и в обратном направлении, так что возможно увеличение нашей памяти за счет ускорения наших внутренних часов. В 1999 году, команда психологов из Манчестерского университета продемонстрировала, что возможно настроить наш "управитель темпа" подвергая людей воздействию быстро ускоряющихся звуков, подобных стучанию колес поезда или акустических тонов. Оказывается, что подобный звук - ускоряет и наши внутренние часы - они стучат немного быстрее - что означает, что все вокруг кажется происходящим немного дольше. Новое исследование этой же лаборатории из Манчестера, использовавшее стук колес поезда для изучения воздействия ускорения темпа. Оказалось, что когда наши внутренние часы тикают быстрее, мы не просто воспринимаем внешний мир как движущийся медленнее - мы на самом деле больше о нем помним. Другими словами, наше чувство времени не просто иллюзия восприятия, на самом деле это регулятор скорости обработки информации в мозге. Когда оно тикает быстрее - мы можем больше обработать. Это - как встроить новые микросхемы в мозг. Вот отрывок из последнего исследования: "Участники экспериментов оказались способны запоминать и распознавать значительно больше информации, если этому предшествовал стук колес поезда, чем те, которым предшествовала тишина." Возвращаемся к программе СКАД-прыжков Дэвида Иглмана. Возможно, ощущение ужаса подобно стуку колес поезда, ускоряющим наши внутренние часы. Мы считаем время постоянным, но ничего постоянного в нем нет: даже мимолетное чувство может изменить темп всего. Кросс-пост из журнала atraita за 31 августа 2010 г.