Я возьму немного краски

Распутывая сети

Сегодня первый день моей зимы, Совсем недолго расставались мы, Осколки сердца сжаты в кулаке, Не подчиняюсь больше я тебе! Забуду я твои глаза, ты слышишь?! Вдыхаешь дым и думаешь, что дышишь, Теряешь веру, душишь нашу страсть, Даешь мне с легкостью над пропастью упасть. Но я не упаду, я не летаю, И я не ангел, но про любовь я знаю, Я чувствую и пусть я не с тобой, Мне хватит сил чтоб быть самой собой. И пусть не светит солнце больше мне, И мир мой чувств давно уже остывший, Я буду жить, любовь живет во мне, Ты наяву не мой, ты только бывший...

По капельке лета...

Стопка одна, да стопка другая. Вот снова тебе, да стопочка мне. Эта привычка  совсем неплохая, только дурная... "Ну что там на дне!?"   С снова стопарик! Тебе есть и мне. И мир хорошеет, И все как во сне. Ты уважаешь? И я уважаю. Вот уж как друга  бутыль обнимаю.   Пора бы по дамам! Все чувства в "струне". Мы пили что-ль даром!? Давай их к тебе. На посошечек: ...одна, да другая... И стопка милее всех дам стала мне.

Я любил тебя издалека, И считал года до нашей встречи. Вечерами липкая тоска Тяжестью ложилась мне на плечи. (К. Беляев) А на воле весна… За решеткой – холодные будни. И зовёт нас она… За "колючку" – тропой полнолунья. Освещает твой стан, Прядь волос, распустившихся ивой… Ведь, тебя, неспроста Называл всегда самой красивой. Мне твой чудится взгляд, И тепло нежных рук согревает. Я пройду этот ад, И вернусь в зеленеющем мае…

Навсегда ты украла покой… Снова взгляд сквозь туманные окна… Не рисуй мне сердечко - постой! Я припомнил, как плакали стёкла. Слезы их смыли надпись твою, Что писалась любовной строкою, Помню боль, помню грусти зарю, Помню слезы из сердца рекою. Из-под ног уплывала земля, Мир объят был вселенской тоскою, Будто бросили вниз журавля - Был разбит он о камни тобою. Он так долго пытался взлететь, Твоё имя в бреду повторяя. Но не дали ему умереть - Свет и ласки дарила другая. Он не смог, не сумел позабыть, Жил мечтой о потерянном рае, Но тобою разорвана нить… Ты давно ему стала чужая… Навсегда ты украла покой, Все вокруг сделав серого цвета. Не рисуй мне сердечко - постой! Мне не выжить без памяти этой…

Та  слезинка твоя, что блестела от сладкой истомы И упала с ресниц на красивую нежную грудь, Вновь напомнила мне, как давно мы с тобою знакомы. И решили на миг мы ушедшее счастье  вернуть… Я, лаская тебя, целовал твои кроткие плечи, В нежном взгляде ловил свет лучей восходящей зари, И в шалунье-судьбе был сегодня тобою замечен, Ты, красивая, мне свою нежность опять подари! И взорвался вулкан тех страстей, что  познали с тобою. В этом сладком бреду снова лаской твоей опьянен. Отделились от мира, берез золотою листвою, Как и сто лет назад, будет вновь Пик Любви покорён.

Часто снятся мне мрачные сны. Над Баграмом кресты чёрной тенью. Я не вижу цветущей весны – ДШБ наша в братских селениях. Над ущельем вертушки летят, А за ними кровавая «трасса»… Дыма чёрного копоть и смрад… Нам плевать – мы бригада спецназа! Мы сровняли живое с землей, Мы прошли, не нарушив приказа, Я грущу, что отвергнут  весной, Но впустую звучит эта фраза. Даже сон мой нарушил покой, В душу влез он мне ведьмою злою. Рядом - ангел-хранитель со мной, Слёзы горькие льёт в изголовье.  И звучит за приказом приказ. ДШБ ВДВ – мы у цели! И, конечно, -  Никто, кроме нас! И мы шли, – и себя не жалели.

Ночь без сна